– Можешь и так не сомневаться, – буркнул Илья, – уж я об этом позабочусь.
– Ты только поймай, – поддержал Родомил, – а там уж можно хоть к батюшке отправить… Где это видано, княжон похищать…
Лихослав только хмыкнул – герои.
Но странная, непонятная тревога не отступала.
Эх… ну как же он не любил такие вот загадки. Куда как проще, когда вот он перед тобой, враг, и надо положить хоть все силы, но ломать голову над всякого рода странностями…
– Нет, так дело не пойдет, – покачал головой Ивор через полчаса безостановочного бега по лесу, никоим образом к этому не приспособленного. – Не могу я так, не знаючи. Так, краса моя, сядь вот тут и смотри в оба. Если что-то страшное будет, то позови тихо, но не дотрагивайся ни в коем случае, а то душа может не успеть вернуться в тело.
На этой странной фразе волхв покачал головой и растянулся прямо на земле. Посмотрел вверх, туда, где на скатерти голубого, чистого неба качались на ветру ветки дубов-великанов. Туда, где только птицы и летали да зверье какое мелкое изредка забиралось. Велислава присела где указано и принялась оглядываться. Лес как лес. Деревья могучие, земля нехоженая: ни тропы, ни дорожки. Желуди да шишки вокруг, листья еще прошлогодние да трава, цветы-ягоды. Богатый и суровый лес. Птицы заливаются, да шорохи разные слышатся. Даже представить трудно, что где-то по их следам враг, много страшнее зверя лесного, идет. Что где-то чародей злой засел и паутину на них плетет, будто по ниточке тянется. Как представишь, так страшно становится. Будто не княжья ты дочка, а девка простая перепуганная. И ведь обидно-то как! Ничего она лучше этой самой девки простой перепуганной сделать не может. Ни советом помочь, ни знанием каким. И спасать волхву ее самому придется. А она может только, как велено, по сторонам оглядываться да тайком на странного этого парня поглядывать.
А поглядывать было на что. Ивор так и продолжал в высоту смотреть, только глаза его будто стекленели, как бусинки в очах куклы заморской. Переливались камнями драгоценными, красивыми, но неживыми. Велислава испугалась так, что, напади кто, она и слова-то сказать не сумела бы, не то что сопротивляться. Не сразу в себя пришла. Только когда заметила, что бьется-таки жилка на шее у волхва, едва-едва грудь дыханием поднимается. Руки же Ивора к земле прижимались, кончики пальцев в нее зарылись, будто слиться с ней хотели.
Долго минуты текли, словно варенье перестоявшее из горшка наклоненного. Словно остановил Даждьбог своих скакунов да задумался о чем-то али, может, вообще чайку с медом решил выпить, чарку хмельную пригубить. Велислава извелась вся, на кудесника неподвижного поглядывая да осматриваться не забывая. Наконец волхв вздрогнул. Веки на глаза опустились, а когда поднялись, то вновь глаза живым светом загорелись.
В первый раз, наверное, гордой княжне захотелось не чинясь к груди друга прижаться. Будто на краю гибели он стоял и только чуду благодаря за нее не шагнул. Ивор же повернул к девушке голову и посмотрел на красу сероокую.
– Ты чего, княжна, бледная такая, будто упыря увидала? – хрипло вопросил он.
Велислава не удержалась, носом хлюпнула и в глаза смело посмотрела:
– Сам бы на себя со стороны посмотрел. Лежишь будто покойник с глазами цветного стекла, только дыхание чуть есть, а так мертвец мертвецом.
Усевшийся волхв смутился, потер шею расстроенно:
– Прости, Велислава Ладимировна, не подумал как-то. Вроде ж ты с чародеями на короткой ноге. Полагал, и не такое повидала. Извини, коли испугал.
– Да ладно, что уж теперь, – тоже смущенно молвила та. – Скажи лучше, что делал и что теперь будет.
Ивор подтянул ноги, сорвал травинку и покусывать ее начал. Видно, ему тоже было нужно время, чтобы в себя прийти.
– Прознал я, где чародей вражеский да где воины, что к нашим тюремщикам на подмогу шли, а также куда нам бежать надобно. Они точно знают, где мы находимся. Но пока мы тропами не пользуемся, в обход их бежим, им так же ножками топать приходится. Тюремщикам нашим я уж начал преграды под ногами ставить. То яма под ними от зверушки мелкой окажется, то корень будто специально сапог цапанет, то еще какая радость. Мелочи, конечно, но все равно приятного мало. Да и осторожничать заставит. А вот с магом потруднее будет. Он с другой стороны идет. Как по ниточке. Ясно – видит нас. Чародей не из слабых, а с ним охрана да ему подмога, нам препятствие. Так что от них убегать надобно. В бою не победить. А с другой стороны еще один отряд движется. Они нас будто в кольцо берут. Один только выход есть – пока ловушка не захлопнулась. По этому пути и побежим.
– Они нас догонят? – робко спросила княжна.
Хотел соврать Ивор, да не смог кривду сказать, глядя в эти очи.
– Не знаю, Велислава Ладимировна, может, и догонят. А может, и нет. Они противники серьезные, но и мы не лыком шиты. Так что поднимайся, краса моя ненаглядная. И в путь. Тем более надежда у нас есть все же.
– Да?
– Ага. К нам на подмогу Лихослав со спутниками какими-то движутся. Не совсем в верном направлении идут, но если в одном месте по тайной тропке быстро-быстро пойдем, то и пересечемся. А с чародеем таким не страшно.
– Лихослав!!! – обрадовалась девушка. – Без Буяны?
– Буяны Гориславовны с ним нет, просто люди какие-то без дара волшебного. Ну давай руку, побежали. – Ивор поднялся, погладил дуб, под которым полежал, и улыбнулся – светло и ясно, будто и не было опасности великой. – Не бойся, Велислава, княжья дочка, спасемся, выберемся и из этой передряги. И не из таких выбирались. Зато будет что вспомнить, внукам рассказать. Не на тех вороги эти нарвались. Сами в беду ввязались, только того еще не поняли.